КУЛИБИНСК КЛУБ
Регистрация
Познайте истину, и истина сделает вас свободными...

 

   

10 активных сообщений форума ↓
алексейНН отвечает в теме
« Трактора» на форуме «ТЕХНИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА»
16 января 2018
алексейНН отвечает в теме
« Отверстие для возврата масла в КПП из РК УАЗ» на форуме «ОБСУДИМ СТАТЬИ САЙТА»
2 января 2018
алексейНН отвечает в теме
« ЛЕТАЮЩИЙ БЕЛЫЙ РОЯЛЬ» на форуме «АУДИО И ВИДЕО РОЛИКИ»
8 декабря 2017
КУЛИБИНСК КЛУБ начинает тему
« Кормушка для собаки» на форуме «ОБСУДИМ СТАТЬИ САЙТА»
19 сентября 2017
КУЛИБИНСК КЛУБ начинает тему
« Площадка для крепления подушки двигателя ВАЗ» на форуме «ОБСУДИМ СТАТЬИ САЙТА»
3 августа 2017
алексейНН отвечает в теме
« Республиканские системы» на форуме «ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО»
5 июля 2017
КУЛИБИНСК КЛУБ начинает тему
« Колодец для питьевой воды» на форуме «ОБСУДИМ СТАТЬИ САЙТА»
24 июня 2017
КУЛИБИНСК КЛУБ начинает тему
« Дополнительная система включения вентилятора ВАЗ» на форуме «ОБСУДИМ СТАТЬИ САЙТА»
12 мая 2017
КУЛИБИНСК КЛУБ начинает тему
« Термостат от VAZ Lada Granta на семейство Samara» на форуме «ОБСУДИМ СТАТЬИ САЙТА»
11 мая 2017
алексейНН отвечает в теме
« Новая формация знаний» на форуме «ОЧЕВИДНОЕ НЕВЕРОЯТНОЕ»
7 мая 2017

  

 

Начало отечества

автор: Дегтярев Александр
  
ЗА 500 БАЛОВ!ЗА 5 БАЛОВ КАРМЫ (можно создать блог)ЗА 3000 СООБЩЕНИЙ!за 1000 СООБЩЕНИЙ! за 100 ФОТО! ЗА 500 ФОТО!за 500 СООБЩЕНИЙ!за 1000 ФОТО!ЗА 2000 СООБЩЕНИЙ!ЗА 4000 СООБЩЕНИЙ!за 100 ФОТО! ЗА 5000 СООБЩЕНИЙ!ЗА 6000 СООБЩЕНИЙ!ЗА 7000 СООБЩЕНИЙ!За 100 сообщений на форуме!ЗА 8000 СООБЩЕНИЙ!ЗА 9000 СООБЩЕНИЙ!
Сообщений: 9353
Земли русов глазами арабов

Во второй половине первого тысячелетия нашей эры в письменных источниках, посвященных описанию славянских земель, появляется новое наименование восточных славян — «русы» или «росы», а страну начинают все чаще называть «Русь».

Выяснить, откуда пошло такое название, пытались несколько поколений ученых, но лишь в последние годы намечены пути для решения этого вопроса.

Объяснить происхождение имени целого народа подчас легко, иногда трудно, а в некоторых случаях и советам невозможно. Каждый, например, знает, что римляне получили имя от города Рима, а название американской нации произошло от имени ученого Америго Веспуччи, доказавшего, что Колумб открыл вовсе не Вест-Индию, а огромный новый материк.

Аргентинцы получили своё имя от латинского названия серебра — аргентум: считалось, что в этих местах находилась сказочно богатая серебром страна. Исландия — «страна льда» дала название и своим обитателям. Имя Норвегии («северный путь») перешло и на населявший ее народ, появились норвежцы...

Это относительно простые случаи. Сложнее обстоит дело с названиями «Русь», «русы», «pycтие». Ученые выяснили, что сначала словами «Русь», «Русская земля» именовалась область Среднего Поднепровья в районе Киева. Возможно, она получила такое имя от реки Роси и ее долины Поросья. Эта область была коренной землей восточных славян, центральным районом складывавшегося Древнерусского государства. И только позднее, в IX—X веках, названия «Русь», «русы» расширили свои географические границы. На севере, недалеко от Новгорода, возник город Старая Русса, а на юге экономическая и военная активность русских привела к тому, что Черное море иноземцы стали все чаще именовать Русским морем.
Иностранные купцы и путешественники теперь воспринимали Русь как единое целое.

«Русы состоят из трех племен, из коих одно ближайшее к Булгару. Царь его живет в городе под названием Куяба, который больше Булгара. Другое племя, наиболее отдаленное из них, называется Славия. Еще племя называется Артания, а царь его живет в Арте.

Люди часто отправляются торговать в Куябу; что же касается Арты, то мы не припоминаем, чтобы кто-нибудь из иностранцев странствовал там. Купцы из Арты отправляются вниз по воде и ведут торг, но ничего не рассказывают про свои дела и товары и не допускают никого провожать их и вступать в их страну. Из Арты вывозят черных соболей и свинец».

Эти строки были написаны 1000 лет назад, в середине X века, арабским писателем ал-Истахри. Сам он не был в древнерусских землях, а пользовался сообщениями побывавших в загадочных северных краях соотечественников — купцов и путешественников

История сохранила для нас имена некоторых из них наиболее яркие записки, о своей поездке на Волгу в X веке оставил Ахмед Ибн-Фадлан.

Путь Ибн-Фадлана был очень долгим. Позади осталась согретая жарким солнцем Средняя Азия с богатейшими городами, раскинувшимися В зеленых прохладных оазисах, где мутные арыки обильно наполнены водой подземных источников.

Впереди лежали обширные неизвестные земли, таящие в себе неведомые опасности и приключения. Конечная цель путешествия — Булгар — была еще далеко. Этот большой многоязычный город явился последним пунктом мусульманского мира на границах с языческими землями. Дальше на запад простирались необъятные области «неверных».

Караван собрался большой — 3 тысячи лошадей и верблюдов с тяжелой поклажей и 5 тысяч человек. Были здесь богатые торговцы и их приказчики, многочисленные рабы и наложницы, слуги и хорошо вооруженная стража.

Однажды, уже в степях, прилегающих к Итилю — так арабы называли Волгу, — караван остановился на ночлег.

Черная звездная ночь озарилась отблесками сотен костров. Постепенно затихали в степи усталое ржание лошадей, фырканье верблюдов и даже перекличка сторожей. Лагерь уснул.

А ранним утром путешественники проснулись от сильного шума и увидели со страхом и изумлением, что место их стоянки плотно окружено невесть откуда взявшимся конным войском. Ибн-Фадлан много слышал раньше от тех, кто уже побывал в этих краях, о храбрости вождя здешних кочевников Янала, его беспощадности к врагам, любви к почестям. Понимая, что сопротивляться бесполезно и отвести опасность можно, Ибн-Фадлан вызвался провести переговоры с Яналом и его окружением.

Поначалу вождь упорно отказывался пропустить караван через свои земли и только бесконечно повторял: «Я не допущу, чтобы вы прошли».

Долго велся разговор, много говорилось похвальных слов в адрес Янала и его племени, и наконец были выложены подарки. На земле расстелили ковер. На нем засверкал богато расшитый кафтан ценой в десять серебряных монет — дирхемов, куски персидской материи, а рядом лежали горками плоские хлеба, пригоршни изюма и сотня орехов.

Вождь принял подарки и в знак благодарности даже поклонился пришельцам до самой земли.
Такое у них правило, объяснили удивленному Ибн-Фадлану бывалые купцы: если почтит подарком человек человека, то получивший дар обязательно кланяется дарящему. Янал, растроганный добрым отношением, согласился с тем, что иноземцы не причинят вреда ни ему, ни его народу, и приказал пропустить караван, который медленно двинулся дальше. Кочевники вскоре отстали, исчезли за горизонтом.

Немало еще времени прошло, бесчисленное множество опасностей и трудностей миновало, пока усталые и измученные путники добрались до желанной большой воды — великой и могучей реки Итиля.

Прямо на берегу ее происходил какой-то торг. Местный толмач (переводчик) сообщил Ибн-Фадлану, что здесь русские купцы торгуют с местными жителями. Ибн-Фадлан внимательно рассмотрел русов. «Они были подобны пальмам, — записал он позднее, — румяны и красивы». Все русы хорошо вооружены: у одного — секира, у другого — меч, у третьего — длинный нож. Мечи плоские, с бороздками, франкской работы. Вместо курток и кафтанов носят плащи. Одежду женщин дополняют многочисленные и разнообразные украшения. На шеях надеты металлические гривны, на груди — мониста из золота и серебра. Каждое такое монисто, прикинул Ибн-Фадлан, стоит не меньше 10 тысяч дирхемов. Но больше всего любят женщины русов зеленые бусы из глины. Каждая бусинка стоит 1 дирхем.

По разным рекам русы прибывают из своей страны в устье Итиля, причаливают корабли. Потом мужчины сооружают большие дома из дерева, в каждом из которых может жить 20 человек. Поклоняются они своим богам — языческим идолам.

Однажды Ибн-Фадлан наблюдал такую сцену. К высокому берегу Итиля приблизилась ладья, и на сушу сошли несколько мужчин, каждый из которых нес деревянного идола с человеческим лицом. Один идол был значительно больше других — его поставили в центре, а остальных вокруг.

Прошло немного времени, и вдали на реке показалась целая вереница ладей, подобных двигающимся по воде большим черепахам. На солнце сверкали круглые щиты, закрывавшие борта и гребцов, мерно вздымавших и опускавших весла. Слышались какие-то отрывистые слова — команды рулевых. Гребцы в такт своим движениям пели протяжную песню. Над каждой ладьей трепетал на ветру большой стяг: хотя русы плыли торговать, но всегда были готовы и к боевым схваткам. Аадьи исчезли за поворотом реки и на какое-то время скрылись из виду, затем снова появились и подошли к береговой отмели, туда, где уже их ждали прибывшие раньше соплеменники.

Несколько гребцов быстро сбросили сходни, и русы стали один за другим сбегать на берег. Местные жители, стоявшие рядом с Ибн-Фадланом, не советовали ему подходить в этот момент близко к русам, ибо они не любят, когда кто-либо посторонний наблюдает за ними. Поэтому путешественник остался в стороне — на высоком холме, с которого было хорошо видно, что делают прибывшие.

Они по очереди подходили к большому идолу, кланялись ему и говорили: «О мой господин, я приехал из далекой страны, привез много рабов и рабынь,- голов скота, шкур, мехов». Каждый подробно перечислял все привезенные товары. После этого купец еще раз кланялся большому идолу, складывал у его ног дары—хлеб, мясо, лук, молоко — и просил: «Вот я того желаю, чтобы ты пожаловал мне купца с многочисленными динарами и дирхемами и чтобы он откупил у меня, как я пожелаю, и не прекословил мне в том, что я скажу».

Если торг затягивался или был неудачен, то рус приходил к своим богам еще не раз, но теперь приносил дары маленьким идолам, которые являлись женами, дочерьми или сыновьями главного божества и тоже могли помочь ему. Обильные жертвоприношения следовали богам и после успешного окончания торговли.

Спустя некоторое время Ибн-Фадлан познакомился со многими русами и даже вошел в доверие к их старейшинам. В знак расположения ему вместе со спутниками разрешили остаться жить в их стане.

Однажды ночью он был разбужен протяжным плачем и причитаниями женщин. В лагере в один миг все пришло в волнение. Между шатрами сновали какие-то люди с подносами, что-то объясняли проснувшимся и собирали золотые и серебряные монеты — динары и дирхемы. Особая толчея и беспорядок наблюдались рядом с одним из самых больших и богатых шатров. Вскоре выяснилась причина волнений. К Ибн-Фадлану подошел один из рабов и сказал, что чужеземцам сейчас лучше покинуть лагерь, так как никто из посторонних не должен видеть, как русы будут прощаться с любимым вождем, умершим сегодня ночью.

Ибн-Фадлан сказал спутникам, чтобы они вернулись к каравану, а сам пошел к старейшинам русов и попросил разрешения присутствовать при похоронах вождя. Главный старейшина — высокий сухой старец — посоветовался с другими и сказал ему: «Мы не разрешаем иноплеменникам бывать у нас, когда пришло горе и несчастье. Но ты, чужеземец, был добр к нам, не делал зла и помогал во всем. Поэтому мы считаем тебя своим и объявляем наше решение: ты можешь остаться, но никуда не ходить без сопровождающего». После этой речи к Ибн-Фадлану подошел статный воин, вооруженный мечом и скрамасаксом — длинным боевым ножом для левой руки. С этого момента он молча, словно тень, всюду следовал за путешественником, не оставлял его ни на мгновение, деля с ним и сон, и трапезу.

То, что увидел и услышал Ибн-Фадлан в эти несколько дней, было подробно описано им в путевых записках.

На умершего вождя надели шаровары, гетры, сапоги, куртку, парчовый кафтан с золотыми пуговицами, шапочку из парчи, подбитую соболем, и посадили его в кабину на корабле. На ладью были принесены хлеб, лук, мясо, другие съестные припасы. Все это положили перед умершим. Потом привели собаку, убили ее и тоже оставили на корабле. Немного позже ударили барабаны и несколько воинов принесли оружие вождя: меч, на клинке которого хорошо виднелось клеймо мастера, сделавшего это грозное оружие, лук с костяными накладками, украшенными затейливым рисунком, колчан, полный стрел с железными наконечниками, боевой топор-чекан, скрамасакс, копье, круглый щит, шлем, различные кожаные и железные доспехи и конскую плеть. Все это должно было сопровождать вождя в походах и сражениях, которые ждали его в загробном мире.

«Но какой же из руса воин, а тем более вождь без коня?» — подумал Ибн-Фадлан. И, словно в ответ на его мысль, несколько юношей привели двух коней в полном наборе упряжи и с седлами. На глазах у толпы кони были заколоты мечами и также положены на корабль. Столь же печальную участь разделили и два быка. Вслед за этим под звуки барабана на корабль принесли петуха и курицу, отрубили им головы и бросили к ногам мертвого вождя. А то, что произошло дальше, было уже хорошо известно Ибн-Фадлану, побывавшему во многих странах средневекового мира.

В палатку, которую поставили над кораблем, вошли три воина с ножами в руках. Вместе с ними туда ввели жену покойного вождя. Через некоторое время воины вышли и под одобрительные крики и удары барабанов как знак выполненной ими почетной миссии показали всем окровавленные ножи. Жена, согласно древнему священному обычаю, ушла из жизни вместе со своим повелителем и господином.

Деревянный корабль и палатка из грубой ткани и шкур стали последним домом умершего вождя и его жены. Все сооружение быстро обложили дровами и хворостом. Один из жрецов приблизился к нему с горящим факелом в руках, поднес его к сухим веткам, и змейка огня побежала наверх. Налетел внезапный ветер, пламя усилилось и разгорелось.

Воин, сопровождавший Ибн-Фадлана, сказал путешественнику, глядя на буйный огонь: «Вы, арабы, неразумны! Вы берете самого любимого для вас человека и из вас самого уважаемого вами человека и бросаете его прах в землю, а мы сжигаем его во мгновение ока, так что он входит в рай немедленно и сейчас». Ибн-Фадлану хотелось возразить ему и поспорить, но он хорошо помнил строгое предупреждение старейшины и нашел самым благоразумным промолчать.

Не прошло и часа, как корабль, палатка, дрова, тело знатного руса, его жены и все, что было с ним, превратилось в золу, а затем в мельчайший пепел. На месте большого костра был насыпан курган. На вершине его поставили деревянного идола — изображение умершего, на основании которого вырезали имя вождя. Затем началась тризна, продолжавшаяся до глубокой ночи.

Таков рассказ путешественника о русах и их обычаях. Это не фантазия, и подтверждения приведенным фактам можно найти в археологических раскопках. Так, на окраине Ярославля учеными раскопан богатейший курганный могильник, где погребены люди, жившие 1000 лет назад, то есть как раз в то время, когда Ибн-Фадлан был на Волге. В курганах найдены обгоревшие остатки ладей, железные заклепки от них и просто сгоревшие деревянные домики, сооружаемые специально для мертвых, обугленные скелеты собак, куриц, кости лошадей, быков.

На северной окраине могильника, у деревни Большое Тимерево, находился, пожалуй, самый большой курган могильника. Он был вскрыт летом 1974 года. В ходе раскопок выяснилось, что сооружен курган во второй половине X столетия. В кургане найдены остатки ладьи — об этом говорят железные заклепки и деревянные плахи. Здесь же обнаружены останки двух лошадей и двух быков — в точном соответствии с рассказом Ибн-Фадлана о том, как в жертву приносили двух коней и двух быков. Обнаруженные при раскопках вещи подсказывают, что под курганом были похоронены мужнина и женщина. И опять вспоминается свидетельство арабского путешественника о том, что вместе с вождем в загробный мир отправилась его жена. Украшения женщины состояли из серебряных височных колец, перстня, ожерелья из стеклянных бус и бисера. Мы не знаем, кем был погребенный в кургане мужчина. Рядом с ним лежали меч с клеймом на клинке, наконечники, копья, две стрелы, колчан и полный уздечный набор — стремена, удила, железная инкрустированная рукоять плетки.

Погребенный, видимо, был знатным и богатым человеком: он носил массивный золотой перстень, украшенный орнаментом. Этот перстень — единственная золотая находка в ярославских курганах.

Не только вооружение сопровождало воина — в могиле найдены многочисленные вещи, говорящие и о его торговых занятиях. Не случайно, видимо, Ибн-Фадлан особо подчеркивал, что русы были и искусными воинами, и хорошими торговцами! Так, нашли в погребении карманные весы, которые носили на поясе в кожаном футляре. На чашечках весов арабская надпись, прочитанная востоковедами, — слово «налог» или «подать». Эти весы могли принадлежать сборщику налогов где-нибудь на далеком Востоке. Потом они неведомыми путями переходили из рук в руки и наконец попали к богатому жителю поселения в Верхнем Поволжье. Вместе со своим последним хозяином весы оказались в земле, где и были найдены археологами спустя 1000 лет. Связаны с торговым промыслом не только весы, но и весовая гирька, и кожаный кошелек с серебряными монетами — дирхемами, чеканенными в 60—70-х годах X века.

Недалеко от кургана с захоронением знатного воина была сделана еще одна примечательная находка. Это случилось в жаркий июльский день. Работа шла на огромном раскопе, который какой-то весельчак метко назвал «сковородкой»,— на гладкой его поверхности было, казалось, вдвое жарче, чем рядом под деревьями или на покрытых кустами полянках. Даже от легкого ветра поднималась едкая горькая пыль. Такая жара редко бывает в средней полосе на Волге.

В тот год было решено обследовать поселение с помощью металлоискателя. Для этой цели был использован старенький военный миноискатель, давно уже пригодный лишь для учебных целей. Конечно, прибор не мог отличать древний металл от современного. Скоро все поле было усеяно флажками, которые обозначали места залегания металлических предметов, скрытых под слоем земли. Несколько человек следом за металлоискателем осторожно раскапывали отмеченные точки. Разный был результат. Иногда находили современные гвозди, потерянные зубья борон или куски плужных лемехов. Но случались и настоящие удачи: из земли вынимали какую-нибудь древнюю вещь или серебряную монету из клада, рассеянного по всему полю в результате многовековой распашки.

Вдруг в наушниках миноискателя раздался резкий свист — прибор прореагировал на какую-то крупную вещь. Ею оказался меч, рукоять и перекрестие которого были украшены серебром. На клинке после расчистки удалось прочитать имя мастера, изготовившего это грозное оружие, — Ульфберт. Сделан был меч в мастерской на реке Рейне и принадлежал к тем самым франкским мечам, которыми, как сообщает Ибн-Фадлан, были вооружены русы, виденные им на Волге. Мечи этого типа не только ввозились на Русь из дальних стран, но изготовлялись и местными мастерами. Один из таких клинков был открыт известным советским археологом и оружиеведом Анатолием Николаевичем Кирпичниковым, который прочитал на мече надпись: «Людота коваль», то есть «Людота кузнец». Искусный русский мастер Людота, судя по находке, много преуспел' в этом ремесле.

Так археологические свидетельства подтверждают и реально дополняют рассказы арабских путешественников о трех таинственных областях Древней Руси — Куявии, Славии и Артании. Что имели в виду арабы, какие реальные земли под этими названиями скрываются? Не сразу пришли историки и археологи к единому мнению по этим проблемам, да и сейчас научный поиск продолжается, появляются новые аргументы в пользу той или иной гипотезы, рождаются смелые предположения, рушатся старые, казавшиеся прочнейшими представления. Но такова логика науки, логика новых открытий и исследований, подчас коренным образом меняющая незыблемые, казалось бы, истины.

Итак, Куявия, Славия и Артания.

Эти три загадочные страны вызвали много споров среди ученых-историков. Однако давно уже установлено, что Куявия — это древний Киев, а Славия — Новгородская земля. Арабские источники сообщают, что в Куябе живет царь и туда отправляются люди торговать. Спустя два столетия после поездки Ибн-Фадлана на Волгу в Киеве побывал другой восточный путешественник — Абу Хамид ал-Гарнати. Перед ним предстал шумный многоязычный город, один из самых больших в Европе. Этот древний город Руси арабы хорошо знали, часто бывали там, выгодно торговали.

Куявия арабских источников — это не только сам Киев, но все земли Верхнего и Среднего Поднепровья.
Какой же была столица могучей Киевской Руси в те времена, когда здесь бывали восточные путешественники, писавшие о трех странах русов, то есть в IX—X столетиях?

На высоких горах над Днепром располагались княжеские дворцы и терема бояр, дома и усадьбы ремесленников и купцов, скромные жилища бедного люда. Город имел и укрепления, защищавшие его от врагов, — высокие земляные валы и глубокие рвы, наполненные водой. Детинцем — кремлем Киева было укрепленное городище, расположенное на Старокиевской горе. Богатые постройки возвышались и на Замковой горе.

Языческие святилища, а с конца X века и христианские храмы, такие, как знаменитая Десятинная церковь, дополняли силуэт богатейшего города на Днепре.

Двухэтажные каменные дворцы князей и их приближенных изумляли чужеземцев просторностью и совершенством отделки. Они были украшены фресками, разноцветными поливными керамическими плитками с затейливыми узорами, резным мрамором.

Ибн-Фадлан восхищается размерами и роскошью дворцов царей русов и пишет в своих записках, что вместе с царем в его дворце находится 400 богатырей из числа его верных слуг. Княжеский престол огромен по размерам и инкрустирован драгоценными самоцветами.

Многочисленные клады, обнаруженные на территории Киева, содержат великолепные украшения из золота и серебра, арабские, византийские и западно-европейские монеты. Обилие кладов говорит о богатстве Киева и его обширных торговых связях.

Но не княжеские дворцы, не святилища и храмы были основой города и главной его приметой. Всех путешественников поражало количество и разнообразие торговых лавок и ремесленных мастерских киевлян. У подножия Киевских гор на берегу реки Почайны располагался другой Киев — город тружеников, где находилась обширная гавань, где останавливались многочисленные купеческие корабли. Разноязычная речь, пестрота одежд, звон металла, шум кузнечных мехов, дым и постоянное движение — вот приметы Подола, являвшегося торговым и ремесленным посадом Киева. Здесь не было каменных дворцов, но зато прочно стояли обширные, надежно срубленные топором русских умельцев дома и усадьбы купцов и ремесленников, повсюду были разбросаны полуземлянки и землянки, где жил люд победнее.

Два несчастья постоянно подстерегали Подол и его обитателей — пожары и наводнения. Иногда Подол выгорал полностью — достаточно было загореться одному дому, как огонь мгновенно распространялся и на соседние. Тогда уже ничто не могло остановить его натиск. Но проходило немного времени — и на пожарище вырастали новые жилые, хозяйственные, производственные постройки, восстанавливались мостовые, заборы, колодцы, пристани. Не меньше бед приносили и частые наводнения, смывавшие жилища, как бумажные домики, и наносившие слой ила и песка. Но и после грозных наступлений водной стихии жизнь быстро возобновлялась и входила в привычную колею.

Что же удерживало киевлян на этом неудобном месте? Почему не поднимался торговый люд на горы и не уходил дальше от воды? Нельзя было уйти от реки: по воде привозили хлеб и другие товары, вода многим давала работу — ив порту, и в ремесленных мастерских. И наконец, близкая и легкодоступная вода была одной из немаловажных бытовых основ жизни простых людей.

Выше Подола, на взгорье, располагалось обширное кладбище, где киевляне хоронили умерших сородичей. В основном могилы были бедными — люди похоронены в скромных одеждах, в сопровождении самых необходимых вещей — ножей, кресал для высекания огня, гребней, глиняных горшков. Однако встречались здесь и погребения богатых людей и знатных . воинов. Их в мир иной сопровождали рабыни, боевые кони в полной упряжи, доспехи, разнообразное оружие и богатые
украшения.

Кроме Киева и обширной Куявии были и другие важные центры. Одним из наиболее крупных было поселение, расположенное тоже на Днепре, но в его верховьях, в районе современного Смоленска, близ поселка Гнездово. В самом Смоленске, несмотря на многолетние археологические раскопки, удалось найти только слои XI века. Таким образом, город стал здесь существовать лишь с этого времени, а в IX—X веках он находился в другом месте, в 12 километрах от современного, рядом со скромным поселком Гнездово. Такое передвижение города с места на место в XI столетии не исключение — мы знаем много примсрон «переносов» городов на Руси именно в этот период. В старых центрах большой властью пользовались старейшины родов. Новый феодальный класс в своей борьбе с ними использовал разные способы Одним из способов было создание новых городов-крепостей на более удобных местах ! кктененно старые города пустели, а новые становились эко номическими, административными, культурными и религиозными центрами.

Гнездово имело свой детинец — хорошо укрепленное городище и поселение. Рядом было огромное кладбище — крупнейшее в Европе. На нем насчитывались не сотни, а тысячи курганов. Обитатели Гнездова жили в углубленных в землю постройках и занимались в основном торговлей и ремеслом. В пользу этого говорят находки иноземных вещей — монет, весов и гирек для взвешивания золота и серебра, — многих ремесленных изделий, орудий и отходов производства.

Именно о Гнездове сообщает нам древняя летопись, когда указывает, что Смоленск «велик и мног людьми и управляется старейшинами». Многие князья пытались взять его, но всех страшили и останавливали укрепления и большое число защитников. Только многочисленная разноязычная дружина князя Олега, состоявшая из варягов, словен, мери, веси, кривичей, осадила Смоленск и захватила город. После этого здесь стал править наместник Олега. С родовым правлением в Смоленске было покончено. «Большая крепость», как писал о Смоленске император Византии Константин Багрянородный, попала в зависимость от киевских князей.

Гнездово было многоэтничным торгово-ремесленным городом — здесь жили и бывали скандинавы, греки, арабы и другие иноземцы. Но основателями Гнездова — Смоленска были славяне-кривичи. Гнездово было их племенным центром.

Таковы два крупнейших города легендарной Куявии, о которой сообщают восточные авторы.
Второй страной русов была Славия, расположенная, по «ь общениям арабских географов, дальше от Булгара, чем Куявия и Артания.

Славия — это Новгородская земля, населенная ильменскими словенами.

Мы хорошо представляем Новгород XIII века. Он связывается в нашем сознании с именами Александра Невского и других героев, отстоявших Русскую землю от врагов в тяжелые времена. О более раннем Новгороде рассказывают археологические раскопки. В пределах самого города известны находки, относящиеся к X столетию. Как полагается, город имел и укрепленную часть, и открытый посад. Расположенный на великом пути «из варяг в греки», он привлекал торговцев из разных земель и стран, обменивавших здесь серебро, парчу, изделия из металла и другие товары на меха, мед, воск и различные предметы, выполненные руками искусных новгородских умельцев.

Близ Новгорода расположено укрепленное городище, которое называют Рюриковым. Оно существовало уже в IX веке, когда на Руси, как сообщает летописец, жил варяжский предводитель Рюрик, с именем которого связывается основание Новгорода. «И пришел к Ильмерю и срубил город над Волховом, и прозвали его Новгород» — так сообщает Ипатьевская летопись об основании Новогорода Рюриком. Но это ошибка. Новгородская первая летопись говорит о том, что Рюрик появился в этих местах, когда Новгород уже существовал, и возник он не в середине IX века, когда, по летописи, пришел Рюрик на Русь, а гораздо раньше.

Древние новгородцы жили в деревянных домах, углубленных в землю и обогреваемых печами, сложенными из камней. Они пользовались глиняной посудой, слепленной вручную, и еще не знали гончарного круга. Обитатели Рюрикова городища занимались торговлей и ремеслом, а продукты сельского хозяйства привозились сюда из ближних деревень. Наиболее развиты были деревообделочное и косторезное ремесла — из дерева делали лодки, посуду, орудия труда, игрушки; из кости — гребни, рукоятки ножей, иглы и многие другие вещи домашнего обихода. Большое значение в жизни древних новгородцев имели железоделательное и бронзолитеиное ремесла. Есть несколько теорий происхождения Новгорода, много существует объяснений, по отношению к какому городу он явился новым и получил название. На эту роль претендуют, например, Старая Русса, Ладога, Рюриково городище.

Древняя Ладога, которая ныне называется Старой, располагалась на Волхове. Когда-то Ладога была крупнейшим городом Северной Европы, здесь заканчивались пути из Скандинавии и Средней Европы и начинались дороги через Киев по пути «из варяг в греки» в Византию, а по Волге — на загадочный и богатый Восток, в земли арабских государств — через Волжскую Булгарию. Ладога являлась центром большого района, заселенного в IX—X столетиях славянами и финно-угорскими племенами. Кроме того, здесь жили и небольшие группы скандинавов.

Древние ладожане жили в больших деревянных домах на высоком берегу Волхова. Они были опытными мореплавателями — ходили по Волхову, Ладоге и Балтике, — торговали с заморскими странами, принимали у себя торговых гостей — иноземцев, ловили рыбу, били зверя, делали искусные вещи из металла, стекла, дерева, кости, кожи.

Жизнь была полна тревог. Не раз загорались дозорные костры на ближайших сопках, били тревогу часовые и ладожане брали в руки оружие — мечи, копья, луки, топоры и смело вступали в схватки с заморскими пиратами-викингами, которые частенько пытались поживиться за счет чужого добра. Но всегда была открыта Ладога мирным торговцам. Археологи нашли здесь изделия из рейнских мастерских, фризские гребни, скандинавские и византийские украшения, восточные товары — парчу, стекло, драгоценные камни, серебряные монеты, — янтарь с балтийских берегов.

Спустя века Славия превратилась в обширную Новгородскую землю во главе с Господином Великим Новгородом, простиравшуюся от Балтики до северных морей и Урала.

Если определение местонахождения Куявии и Славии в общем ясно ученым и споры идут только о частных проблемах, то вопрос о том, где находилась третья славянская страна — Артания, решается только сейчас.
Поиски ее местоположения ведутся учеными уже более 100 лет. Эту страну русов размещали в самых разных и подчас неожиданных местах — на обширной территории от Дании на западе до Пермского края на востоке, от Финно-Угорского Севера до южной Тмутаракани. На карте Восточной Европы можно насчитать почти двадцать мест, где, по мнению разных ученых, находилась Артания. Киевская и новгородская старина давно и успешно изучается историками и археологами. Мы много знаем о древних периодах жизни киевлян и новгородцев. Кроме того, в самих названиях заложен ключ к разгадке: Куяба — Куявия — Киев; Славия — Словения Новгородская. А древности Артании только начинают изучаться, поэтому поиски Арты — Артании пока не приводили к научно обоснованным и достаточно убедительным выводам.

Лишь в последние годы археологам стал приоткрываться загадочный третий район Древней Руси IX—X веков, который можно отождествить с Артанией. Это — Северо-Восточная Русь, занимавшая территорию между Волгой и Окой, Волго-Окское междуречье.

Какие же новые открытия совершены здесь, какие древности по-новому стали рассматриваться в науке?
Это, прежде всего, поселение Тимерево, сохранившее в своем названии воспоминание о том, что здесь когда-то жило племя меря.

Тимерево располагалось на крутом берегу реки, с самой высокой его точки хорошо просматривались дальние окрестности. Оно находилось на Великом Волжском пути и играло важную роль в торговле Руси с дальними странами. Здесь останавливались и подолгу жили иноземные купцы, а иные и навсегда оседали в поселке.
...В один из хмурых осенних дней вдали на реке показался целый караван больших ладей, способных выдержать морскую волну. С кораблей увидели селение — множество землянок с крышами из коры и щепы. Вокруг них клубились дымы — дымоходов и труб не было, жилища отапливались по-черному. Гребцы ускорили темп в надежде на скорый отдых. В поселении можно было отдохнуть в полной безопасности, не боясь нападений ни лесных разбойников, ни диких зверей.

Ладьи подошли к пристани, и путники стали подниматься вверх, к воротам поселка. Неприступно возвышалась высокая ограда из толстых столбов, наглухо были закрыты въездные ворота.

Лишь убедившись, что намерения у приезжих мирные, обитатели открыли тяжелые дубовые створки ворот. Путешественники вошли внутрь и скоро оказались на центральной площади городка, где происходили собрания жителей и различные языческие праздники. Окруженные несколькими воинами с копьями, в глубине площади стояли местные старейшины. С ними-то и повели переговоры приехавшие. Спросили у стариков, кому они и их люди платят дань и повинуются. Старейшины ответили, что дани никому не платят, занимаются ремеслом и торговлей.

Купцы попросили у старейшин разрешения переночевать в поселке. Тут же договорились и о том, чтобы наутро устроить торг. Один из прибывших торговцев разместился в землянке самого главного старца. При входе в нее пришлось согнуться и пробраться по длинному коридору, вырытому в земле и обложенному корой н деревом. «Такой вход, — подумал он, — долго сохраняет тепло и оберегает от сырости». В жилом помещении царил полумрак, освещали его только отблески огня — языки пламени виднелись над очагом, сложенным из камней. Пол жилища глинобитный, а стены и крыша сделаны из дерева.

Сам старец был одет бедно — в плащ из грубой ткани, рубаху, холщовые штаны, лапти. И только кожаный, обшитый бронзовыми ажурными бляшками пояс, на котором висели нож, точило и кресало для высекания огня, на фоне скромного одеяния выделялся своим богатством.

С боковой лежанки сползла древняя старуха — жена старейшины. Она была одета так же, как и муж, имелись только некоторые отличия в украшениях. Седые волосы были повязаны лентой, с которой свисали серебряные кольца из проволоки. На груди сверкали в отблесках огня богатые украшения: бусы из разноцветного стекла, сердолика, горного хрусталя, аметиста, серебряные монеты, превращенные в привески, и бронзовые колокольчики.

Гостю бросили под ноги шкуру медведя, и он со старейшиной уселся за нехитрую трапезу — ячменную кашу с кусками лосятины. Старик повел неторопливый рассказ о жизни и заботах обитателей городка. Купцы из многих стран проплывают мимо, останавливаются здесь для торга и отдыха. В Тимереве живут искусные ремесленники, которые могут сделать все — от боевого оружия и орудий труда до великолепных украшений из серебра, золота, бронзы и драгоценных камней.

Кто только не бывает здесь — и воинственные варяги, и расчетливые арабы, и шумные булгары. Привозят разные диковинки. Варяги везут украшения, оружие, купленное ими у рейнских мастеров, костяные изделия из Фризии. Арабы скупают в больших количествах меха, отдавая за это дирхемы— монеты из серебра — или бусы. Булгары за все платят великолепными кувшинами, гулко звенящими, когда их проверяют на звук. Во всей округе нет городка равного по богатству и значению Тимереву.
Под мерный рассказ хозяина купец незаметно задремал, а потом и совсем погрузился в глубокий сон — позади был трудный день.

С первыми утренними лучами городок загудел, словно пчелиный рой. На тесной площади уже толпилось много людей, не только жителей Тимерева, но и прослышавших о караване обитателей округи. Торг шел полным ходом. Все были возбуждены, говорили громко, торговались, спорили. Особенно шумно было у лотка, где бойкий купец торговал восточными товарами. Откуда он был родом, никто не знал, но его ладьи регулярно ходили в Булгар и обратно. Туда купец вез меха, назад — разнообразные украшения, глиняные кувшины, серебряные монеты. Вот и сейчас один из старейшин торговался с ним о цене на великолепный серебряный перстень с аметистом, на котором было вырезано какое-то заклинание на непонятном языке. Ни торговец, ни покупатель прочесть его не могли, но именно поэтому купец старался набавить цену, заверяя, что перстень имеет магическую силу. Старейшине понравился камень, да и оправа была хороша. Наконец они сторговались и долгожданный перстень украсил руку старейшины.

Прошло много столетий, и археологи нашли этот драгоценный перстень. Прочли надпись: «Клянусь аллахом». Зря старался купец повысить цену — для мусульманина надпись, конечно, имела значение заклинания, но для славянина-язычника являлась пустым непонятным словосочетанием.

После окончания торга хозяин-старейшина рассказал купцу предание о сокровищах — тысячах серебряных монет, спрятанных где-то рядом под землей. Из рассказа его путешественник понял, что зарыл этот клад в землю один богатый купец — житель городка, приехавший сюда с далекого Севера. Спрятал он богатства, опасаясь нападения разбойников, что часто бывало в те времена. Позднее купец погиб во время жестокой схватки с врагами, и никто не знает, где лежат эти монеты.

Не знал этого и рассказчик. А между тем, положенные в мешок из грубой ткани и зарытые неглубоко в землю, они находились совсем рядом. Так торопился их владелец, что даже не унес сокровища за пределы городка. Чтобы обезопасить клад от грабителей, на некоторых монетах начертал ножом заклинания, уже полузабытые им руны — письмена далеких предков...

Через 1100 лет в Тимереве появились археологи. И первой их находкой стал клад серебряных монет!
Вот как это было.

В поле, где когда-то стоял городок, работали археологи. Сначала, прежде чем выбрать участок для раскопок, решили осмотреть место.

Накануне прошел сильный ливень, было грязно и сыро. Ходить по пашне в таких условиях трудно. Все промокли и устали. Кто-то предложил закончить поиск и подождать, пока земля и трава просохнут. В это время один из археологов заметил, как под ногами что-то блеснуло, нагнулся и увидел серебряную монету. Тогда и остальные стали раздвигать редкую молодую траву и внимательно смотреть на землю. Скоро радости не было предела — несколько десятков монет лежали на спешно расстеленном куске брезента. Найдены они были прямо на поверхности, а что же будет, когда снимется слой почвы! В этом месте и были обнаружены сокровища, зарытые в землю много столетий назад. 3 тысячи монет были привезены в Ленинград и сданы в Эрмитаж.

После тщательного изучения выяснилось, что клад зарыт в землю в IX веке. Среди монет много редких, но одна — уникальная. Таких дирхемов известно в музеях мира всего два: один хранится в Париже, а второй теперь занял достойное место в хранилище Эрмитажа. На одной из монет при внимательном рассмотрении увидели прикипевший кусочек грубой ткани от мешка, в котором лежал клад. Под микроскопом нумизматы и археологи разглядели на нескольких монетах какие-то процарапанные значки. Языковеды определили, что это северные руны — заклинания от грабителей, призывавшие на их головы град, снег, наводнение и, наконец, гибель. «Пусть лучше это достанется богам», — видимо, думал владелец клада и поэтому начертил на одной из монет слово «боги».

Несколько лет продолжались раскопки Тимеревского поселения. Постепенно археологам открылась картина жизни большого раннесредневекового торгово-ремесленного города. В жилых, производственных, хозяйственных постройках найдены оружие, орудия труда, предметы быта, амулеты, кости домашних и диких животных, птиц, рыб. Наши далекие предки вели сложное хозяйство, умело используя земли, воды, леса и Другие природные богатства.

Другим крупнейшим центром Северо-Восточной Руси было Сарское городище, располагавшееся на высоком мысу в излучине реки и имевшее свою богатую историю, уходящую корнями в глубокую древность. Именно о нем сообщали арабские путешественники, когда говорили, что царь Артании живет в городе Арте, который находится на высокой горе и хорошо укреплен. Так было в самом деле — естественные укрепления мыса удачно дополнялись несколькими высокими валами. Внутри этого кольца располагались жилища и мастерские купцов и ремесленников.

Сарское городище играло важную роль на Великом Волжском пути. Сначала это был небольшой поселок, затем он стал племенным центром. Позже здесь появились славяне-переселенцы и в городке началась новая жизнь, возникли обширные ремесленные мастерские, открылась активная торговля разнообразными товарами. Жители большой округи везли сюда продукты сельского хозяйства и получали взамен ремесленные изделия. На местном торгу можно было приобрести оружие, орудия труда, глиняную посуду, изделия из кости, кожи, дерева, украшения, добротные бобровые меха. Бойко шла торговля и заморскими товарами.

Рядом с торговой площадью находились дом князя и дома его дружинников. Много столетий спустя на этом месте археологи найдут утерянные предметы вооружения — меч, шлем, кольчугу, наконечники копий и стрел, а также детали упряжи боевого коня — удила, стремена, части сбруи. Раскопаны на поселении металлургические, керамические, ювелирные мастерские, жилища, -хозяйственные постройки и даже баня. Найдены два клада восточных серебряных монет, зарытых в землю в начале IX столетия.

Арабские географы пишут, что торговцы из Артании, спускаясь вниз по воде, приходят в Булгар, где тогда часто бывали и жили арабы. В этом водном пути нетрудно угадать Великий Волжский путь. Указывают эти источники, что никто из иноземцев никогда не был в Артании, ибо там убивают всех чужих. Легенда о коварстве и беспощадности жителей Артании родилась в мусульманской стране Булгар. С точки зрения мусульман-булгар, за пределами их страны начинались земли, где жили «неверные» и любое путешествие туда было чревато многочисленными опасностями. Кроме того, булгары не хотели, чтобы арабские купцы сами торговали со славянами, варягами, финно-уграми и другими народами, обитавшими на Западе, так как тогда они лишились бы прибылей. Вот и придумали легенду о кровожадности артанских жителей.

Торговцы из Артании привозили в Булгар ценные меха соболей, бобров, лисиц. В лесах и на реках Верхнего Поволжья издавна промышляли пушного зверя — белку, лису, соболя, бобра, выдру. Везли из Артании также белый металл, — видимо, олово или свинец. Разработки олова и свинца хорошо известны в средневековой Британии и Германии. Эти металлы могли привозить в Булгар через Ярославское Поволжье — Артанию. Кроме того, из Артании пригоняли рабов.

Наиболее интересно сообщение восточных писателей о том, что из Артании привозили удивительные мечи, которые можно сгибать пополам, после чего клинок возвращался в прежнее положение. Придание клинкам таких необыкновенных качеств, конечно, преувеличение. Ни на Западе, ни на Востоке в то время такого оружия не было. В сообщениях арабов, видимо, идет речь о франкских мечах русов, действительно очень гибких, а не о восточных клинках — хрупких и ломких. В Древней Руси франкские мечи встречались часто, хорошо известны они и в Верхнем Поволжье, а попасть в Булгар они могли только по Волге.

В пользу предположения о том, что Артания находилась в районах Северо-Восточной Руси и была ближе всех к Булгару, говорят и известия арабов, сообщающих об Артании, ее столице, людях, их быте, нравах гораздо больше, нежели о Славии и Куявии. Арабские географы достаточно хорошо знали Арта-нию и пользовались фактами из первых рук — от ее жителей, приезжавших в Булгар, и это говорит о правдивости их сообщений.

Итак, Куявия, Славия и Артания — три древнерусские области, которые стали основой Древней. Руси. После объединения Куявии и Славии возникает Древнерусское государство с центром в Киеве.

Верхняя, Нижняя и Северо-Восточная Русь, хорошо известные по нашим летописям и названные арабами Славия, Куявия, Артания — это области будущего Древнерусского государства. Именно такой вывод позволяет сделатьЧтщатель-ное изучение письменных и археологических данных.
Прикрепленные файлы:
NACHALOOTECHESTVA_cc9bb.txt | 346,53 Кб | Скачали: 348
Алексей Костюшкин
Небеса Мои
В начало страницы 
|
Перейти на форум:
Быстрый ответ
Чтобы писать на форуме, зарегистрируйтесь или авторизуйтесь.